Каждый школьник может сегодня прочесть в интернете, что 8 февраля1945 г. десять советских военнопленных во главе с лётчиком Михаилом Петровичем Девятаевымсовершили побег на бомбардировщике «Хейнкель-111» с ракетной базы Германии Пенемюнде на острове Узедом. И что шесть дней спустя - 14 февраля с той же базы взлетела последняя ракета Фау-2. Потому что в тот же день полностью разгромлены как стартовые площадки «оружия возмездия» Гитлера, так и подземные цеха по их производству.
Но ни в одной серьезной исторической статье эти факты истории Второй мировой войны вообще не связываются друг с другом. Никому из ученых мужей не приходит в голову, что именно казанский летчик с позывным «Мордвин» стал важнейшим звеном в скрупулезно проведенной стратегической операции советской разведки по ликвидации не только средства доставки «главного ударного кулака» фашистов, но и самого оружия массового поражения – «грязной урановой бомбы».
Первые попытки
После того, как на Лондон начали падать «ангелы смерти», настоящие ракеты, каждая из которых со скоростью звука приносила тонну взрывчатки, 17 августа1943 г. британские королевские ВВС впервые совершили налет на немецкую ракетную базу Пенемюнде. 597 тяжёлых бомбардировщиков сбросили тысячи бомб. Среди погибших 735 сотрудников базы оказался главный конструктор ракетных двигателей доктор Вальтер Тиль и несколько ведущих специалистов. Англичане уничтожили и бараки концлагеря, в котором содержались польские подпольщики, переправившие в Лондон планы Пенемюнде. Но, казалось, жертвы были оправданы, акция позволила задержать серийный выпуск Фау-2 на полгода.
И все же в 1944 г. массовая бомбардировка Лондона и других городов Великобритании радиоуправляемыми ракетами Фау-2 возобновилась. Около десяти тысяч смертоносных снарядов беспрепятственно упали на гражданские объекты, нанося прежде всего моральный ущерб. Черчилль не мог начать активные действия второго фронта во Франции под ракетными обстрелами из Германии. А уничтожить ракеты на старте не удавалось при всяческих попытках и потерях бомбардировщиков вплоть до 14 февраля 1945 г. Почему же англичане целый год так и не смогли остановить полет «ангелов смерти»? Где была хваленая разведка союзников, польские подпольщики и другие возможности, о которых так много пишут в исторической литературе?
Что сыграло решающую роль в разгроме Пенемюнде именно в феврале 1945 г., когда Гитлер уже похвастался Муссолини своей бомбой, которая умещается в спичечном коробке и высказал на весь мир свою конкретную угрозу: «Я хлопну дверью так, что содрогнется весь мир»?
Рассказывают очевидцы
Ответ на этот вопрос опубликован в книге М.П. Девятаева «Побег из ада» еще в 2000 г. Там есть цитата из воспоминаний очевидца побега Курта Шанпа, который в тот день дежурил в охране базы Пенемюнде: «8 февраля был подготовлен последний пробный старт Фау-2. Моим заданием было проследить агрегат при старте. …Совсем неожиданно с западного аэродрома поднялся какой-то самолёт… Это была машина Штейнгофа, на которой он должен подняться и проследить траекторию ракетного снаряда... Когда самолёт оказался уже над морем, с рампы поднялся ракетный снаряд Фау-2. …В том самом самолёте, который был предоставлен в распоряжение доктора Штейнгофа для наблюдения за снарядом, бежали русские военнопленные». (Журнал «Фрайе Вельт», Берлин).
Сам М.П. Девятаев 8 февраля 2002 г. в видеоинтервью, данном автору этих строк, так пояснил суть дела: «На захваченном нами самолете был радиоприёмник, чтобы задавать курс ракете «Фау-2». Самолёт взлетал и по радиосвязи направлял ракету на цель. Видимо, когда я искал кнопку на пульте, чтобы выправить элероны на взлет, случайно нажал кнопку старта ракеты. Вот она тогда и пошла…»
Конечно, данный пульт управления ракетами был на базе не один, но было потеряно время. И более того – точные координаты 13 ракетных установок Фау-2 Девятаев лично сообщил уже 9 февраля командующему 61 армией генерал-лейтенанту П.А. Белову.
И сам Михаил Петрович так объяснил неудачи предыдущих бомбардировок острова Узедом авиацией союзников:
«Американцы и англичане бомбили ложный аэродром с фанерными самолетами. Когда мы прилетели, я так и сказал Белову: «200 метров вдоль берега моря «дуйте» по лесу. Стартовые площадки замаскированы деревьями на колясках и матами. Потому авиаразведка ничего обнаружить не могла. Генерал Белов ахнул и тут же связался с командованием.»
Вот почему бомбардировка Пенемюнде 14 и 15 марта 1945 г. была особенно успешной. Это был последний день одной из главных стратегических баз «оружия возмездия» Гитлера.
Н.С. Бушманов – полковник ГРУ
Но остается главный вопрос: КАК удалось пленному летчику Девятаеву, приговоренному к казни в лагере Заксенхаузен, попасть в святая святых вермахта – в команду маскировки ракет Фау-2 на базе Пенемюнде именно перед началом массового запуска серийных установок в начале 1945 г.? У какого лагерного парикмахера была возможность не только предоставить «мордвину» жетон умершего украинского учителя Никитенко, но и внедрить его в самое логово врага?
Отвечает на этот вопрос сам Девятаев в той же книге «Побег из ада»:
«Я подружился с двумя смертниками: полковником Николаем Степановичем Бушмановым и политруком Андреем Дмитриевичем Рыбальченко… Они организовывали массы заключенных на активную борьбу с врагом в условиях концлагеря Заксенхаузен… Еще в 1942 г. в одном из лагерей военнопленных под Берлином они создали подпольную организацию, которая срывала многие мероприятия фашистов.»
Именно после такого знакомства Михаил Петрович оказался вскоре на базе Пенемюнде под новым именем украинца Никитенко. Уже после войны Герой Советского Союза М.П. Девятаев встречался с Н.С. Бушмановым как со старым другом-однополчанином. И они всегда высказывали взаимную симпатию.
Так кто же такой – полковник Н.С. Бушманов?
Узнать всю его биографию сегодня тоже может любой пользователь интернета. Приведу лишь основные факты его биографии.
Родился в 1901 г. в Курганской области. В рядах РККА с 18 февраля 1918 г., тогда же стал коммунистом. Гражданскую войну закончил командиром взвода. С 1931 г. - начальник полковой школы. С 1937 г. - старший преподаватель тактики специального факультета Военной Академии им. Фрунзе. Т.е. готовил разведчиков. Сам готовился к нелегальной разведывательной работе. С 1938 г. полковник Бушманов уже был начальником кафедры Академии, кандидатом военных наук. Владел четырьмя языками.
Когда грянула Великая Отечественная, полковник Бушманов служил начальником штаба 32-й армииРезервного фронта. 22 октября 1941 г. он попал в плен. И… в марте 1943 г. уже был помощником начальника Дабендорфской школы РОА («восточный отдел пропаганды особого назначения») в пригороде Берлина Вульгайде. В глубоком тылу врага, в казармах разведшколы вермахта Николай Степанович создает подпольную организацию «Берлинский комитет ВКП(б)» с разветвленной интернациональной агентурной сетью по всей Германии. Организация осуществляла саботаж и диверсии на немецких заводах, имела своих агентов и в РОА, и в легионе «Идель-Урал».
Масштаб подрывной работы не мог остаться без внимания гестапо. 30 июня 1943 г. Бушманов арестован. Содержался в берлинской тюрьме Моабит. В своих письмах литератору Р.А. Мустафину бывший узник описал свое общение в застенке с Мусой Джалилем. С ноября 1943 г. в статусе «смертника» Бушманов переведен в концлагерь Заксенхаузен, где они и встретились с Девятаевым.
Благодаря усилиям товарищей-антифашистов Бушманов дожил до освобождения. Но, как и большинство секретных агентов ГРУ, осужден по 58 статье за «антисоветскую деятельность» 29 июля 1945 г. к 10 годам лагерей. Освобожден 5 декабря 1954 г., но до 25 октября 1955 г. находился в ссылке.
1 сентября 1958 г. реабилитирован Военным трибуналом Московского военного округа, объявлен персональным пенсионером Министерства обороны СССР. Работал в Центральном Архиве Министерства обороны СССР. Умер 11 июня 1977 г. и похоронен с воинскими почестями на территории Донского монастыря Москвы.
Кстати
Михаила Петрович Девятаев, доставив стратегически важные разведданные на родину, также оказался судимым по 58 статье. С февраля по сентябрь 1945 г. как немецкий шпион просидел в центральном лагере в Польше. Там его нашел конструктор советских ракет С.П. Королев и попросил помочь в сборе деталей немецких Фау-2 на разгромленной Базе Пенемюнде. До этого там уже побывали американцы, захватив с собой не только уцелевшие ракеты, но и их конструктора Вернера фон Брауна. А Королеву с Девятаевым удалось найти и привезти в Казань лишь смеситель, важнейшую деталь двигателя Фау-2. Его до сих пор изучают студенты КАИ. На его основе и скопирован в Казани в 1945 г. первый советский ракетный двигатель.
Но это уже совсем другая история, за которую М.П. Девятаев получил звание Героя Советского Союза по представлению С.П. Королева лишь в 1957 году после запуска первого спутника Земли.
Одно вызывает досаду. Засекречивание главной сути подвигов М.П. Девятаева и Н.С. Бушманова привело к тому, что важнейшим акцентом художественного фильма о побеге Девятаева его автор сценария Александр Родионов считает признание летчика люфтваффе Гюнтера Хобома, который якобы «не захотел» 8 февраля 1945 г. догонять «Не-111», захваченный военнопленными. Так вот, оказывается, чья главная заслуга в разгроме Пенемюнде! Откуда такая информация? Сам Хобом рассказал...
А если серьезно…
Все необходимые свидетельства об этом подвиге, в том числе и видеоинтервью М.П. Девятаева, и кадры стартов Фау-2 с Пенемюнде можно увидеть в Музее-мемориале Великой Отечественной войны, который находится в самом центре Казанского кремля.
Михаил ЧЕРЕПАНОВ,
заведующий Музеем-мемориалом Великой Отечественной войны
Национального музея РТ
ВСЕХ ЖЕЛАЮЩИХ УЗНАТЬ ОСТАЛЬНЫЕ ПОДРОБНОСТИ
ПРИГЛАШАЕМ 8 ФЕВРАЛЯ В 14.00 В МУЗЕЙ-МЕМОРИАЛ В КАЗАНСКОМ КРЕМЛЕ
НА ВСТРЕЧУ ВЕТЕРАНОВ, ПОСВЯЩЕННУЮ ДНЮ ПОБЕГА М.П. ДЕВЯТАЕВА
